www.avdet.org

Filologiya ilimleri doktorı, professor Adile Emirovanıñ öz icadında qırımtatar halqınıñ facialı taqdiri mevzusını kötergen şairlerge bağışlanğan maqalelerni neşir etmege devam etemiz. Maqaleler farqlı yılları devriy ve ilmiy neşirlerde bastırılğan ediler. Keçken yıllar devamında, “Avdet”niñ fikrine köre, bu müelliflerni ve olarnıñ eserlerini bilmege istegen qırımtatarlarnıñ yañı nesili peyda oldı.

Viktor Nekipelovnıñ icadında Qırım
Viktor Nekipelov. Bu adnı Qırımda az kim bile. Amma onıñ icadı, ilk evelâ şiirleriniñ Qırım tsikli, umumqırım maneviy medeniyetine aittir.
V. Nekipelov 1928 senesi Harbinde doğdı. 1989 senesi 1 iyül künü Frenkistanda vefat etti. Bu eki tarih arasında – edebiy ve uquqqoruyıcı faaliyeti içün GULAG lagerlerinde 2 müddet keçirgen dissidentniñ ağır ayatı.
Qırımnı defalarca ziyaret etken edi. Bu yerde onıñ apayı Komarova Nina Mihaylovna doğğıp, ösken edi. 1965-1972 seneleri Voshod qasabasında N.Komarovanıñ anası ve ağasında raatlana ediler. Qırım tabiatı, bir taraftan, ve sürgünlik aktsiyası duyğusal şiirni pervasız qaldırmadı. Şiiriyet ve keder bir yerde ola.
Viktor Nekipelovnıñ Qırım şiirleri arasında “Gurzuf” ve “Baba evi aqqında ballada” ayrı yerde turalar. Facialı mevzu olarda açıq-aydın körüne. Ve o, şairniñ şahsiy faciasını degil de, bütün halqnıñ – qırımtatarlarnıñ faciasını aks ete. Boris Çiçibabinniñ belli şiirlerinen bir sırada, Viktor Nekipelovnıñ bu eserleri – aqaretlengen halqnıñ qorçalanmasına doğrultılğan eñ küçlü şiiriy delilidir. V.Nekipelovnıñ eki şiir cıyıntığı endi şairniñ vefatından soñ çetelde derc olunğan edi. Olar elime keçken sene tüşken ediler: birisini V.Nekipelovnen birlikte lagerde oturğan belli uquqqoruyıcı Genrih Altunân yollağan edi, ekincisini – Ferenkistandan apayı. Şimdi bu kitaplarnı episi oquyıcılar alıp olamaylar.
Bu şiirler “Qırım” gazetasında 1995 senesi 26 avgust №34 sanında bastırılğan ediler. Muarrirlik kirişinde aytıla ki, olar eki müelliflerge aitler – Viktor Nekipelov ve Lenur İbraimovğa. Bu bastırılmağa birinci seslenmemde de aytqan edim ki, bu şiirlerniñ müellifi tatar degil. “Gurzuf” şiirinde çetten baqış açıq-aydın körüne.
Müelliflikte şübeler tek “Baba evi aqqında balada”ğa dair peyda ola bileler, çünki lirik qaraman ayta: Men – qırımtatarım, bu küneşli dağlarnıñ oğlum.
Soñra men muarririyetke öz yardımımı teklif ettim – elimde olğan metinlerniñ talili esasında müelliflerni belgilemege tırışmaq. L.İbraimov şiiriyetiniñ esaslarını ögrenmegen edi. Şiirleri yürek ağırtısında çıqa edi. Olar iç bir vaqıt bastırılmağan edi. V.Nekipelovnıñ şiirleri 1968 senesi yazılğanlar, L.İbraimovnıñ şiirleriniñ yazılğan senesi belgilenmegen, amma metinlerinde olğan bazı malümatlarğa köre yazılğan vaqıtlarını añlamaq mümkün – 1967-1968 ss. O vaqıt böyle şiirlerni yazğanı içün, apishanege tüşe bile edi.
Bugün elimde V.Nekipelovnıñ müellifligini tasdiqlağan başqa faktlar bar: apayı N.Komarovanıñ mektüpleri ve yollağan bu şiirleriniñ qaralama variantları. Mına N.Komarovanıñ şaatlığı: “Viktornıñ müellifligini tasdıqlacağımı iç aqlıma kelmey edi” (1996 senesi 9 oktâbr mektübinden). “Bu şiirler yazılğanını körgen edimmi? E! Bularnıñ da, 1965 senesinden soñ yazılğan şiirleriniñ de yazılğanını körgen edim. Men daima yanında edim, sübetdeşi edim, bazıda razı degil edim” (1996 senesi 1 noyabr mektübinden).
Men yapqan metin talili, em de şairniñ apayı N.Komarova-Nekipelovanıñ şaatlıqları bu şiirlerni V.Nekipelov yazğanını tasdiqlay.
Ebet, men, öz vatanını, halqını sevgen qırımtatar olaraq, bu acayıp şiirlerni qırımtatar yazğanını ister edim. Amma, alim olaraq, tek faktlarğa inanam. O Qırımnı seve edi! Oña qarşı aqsızlıq yapmamalı. O, qırımtatarlarnı acıy edi! O, kederimizni añlay edi! Böyle şiirler yürekten kele.

Adile EMİROVA




Гурзуф
Гурзуфа улочки кривые...
Опять в нездешнее влюблен,
Я их читаю, ветровые,
Как письмена иных времен.

От минарета к минарету,
От чайханы до чайханы, –
Я вновь блуждаю до рассвета
В молочном зареве луны.

И сердце верит неустанно,
Что через несколько шагов
Вдруг различу в тени платана
Бараньи шапки стариков...

Услышу скрип тяжелой двери
И различу издалека
Лукавый взор татарской пери
Из-под душистого платка.

А через звездную протоку,
Как в запрокинутый кувшин,
О чем-то тайном крикнет Богу
С полночной башни муэдзин...

Но – словно масляной водою,
Ночь наполняет до краев
Велеречивой немотою
Пустые амфоры домой.

Каким-то странным, медным светом
И тихой болью залит мир...
Как будто я с чужим поэтом
Брожу среди его могил.

Он не корит, не попрекает,
Но – не забыть, не превозмочь, –
В усталой памяти всплывает
Та обездоленная ночь,

Когда трусливо и послушно
Орда опричная, как скот,
Вдруг растолкала по теплушкам
Его талантливый народ.

И бедняков, и бонз высоких,
И виноделов, и купцов,
И седовласых, и безногих,
И звездочетов, и слепцов...

И – в темноту, на прозябанье,
По дальним выселкам, в снега...
Мое преступное молчанье
Простишь ли мне, Гурзуф-Ага?

Теснятся мысли вереницей
Измятых чувств, бессильных слов...
Гурзуф молчит. Гурзуфу снится
День Возвращенья Мастеров!

Рассветный бриз листву колышет,
И в тишине, над головой,
На глинобитной плоской крыше –
Свистит татарский домовой...


Баллада об отчем доме
Я – крымский татарин. Я сын этих солнечных гор,
К которым сегодня прокрался украдкой, как вор.

Брюзгливый чиновник, потупивши рыбьи глаза,
Мне выдал прописку... на двадцать четыре часа.

Поклон Аю-Дагу и сизой, туманной Яйле!
Как долго я не был на горестной отчей земле!

Вот дом глинобитный, в котором родился и жил.
Ах, как он разросся, посаженный дедом инжир!

А наш виноградник и крошечный каменный сад,
Как прежде, наполнены праздничным звоном цикад.

Тверды и упруги, темны от дождей и росы,
Как дедовы руки – бугристые мышцы лозы.

Мускат дозревает! Да мне урожай не снимать.
Крадусь по задворкам отцовского дома, как тать.

Вот белый колодезь и тоненький, певчий родник...
В саду копошится какой-то лихой отставник.

Он погреб копает (а может быть, новый сортир?).
Ах, что он наделал – он камень в углу своротил!

Плиту вековую под старой щелястой айвой,
Где все мои предки лежат – на восток головой!

Он думает – козьи, и давит их заступом в прах, –
Священные кости... Прости нечестивца, Аллах!

Как долго и трудно мы смотрим друг другу в глаза.
Он кличет кого-то, спуская гривастого пса.

Не надо, полковник! Я фруктов твоих не возьму.
Хозяйствуй покуда в моем глинобитном дому.

Я завтра уеду обратно в далекий Чимкент.
Я только смотритель, хранитель отцовских легенд.

Непрошеный призрак, случайная тень на стене,
Хоть горестный пепел стучится и тлеет во мне.

Я – совесть, и смута, и чей-то дремучий позор.
Я – крымский татарин, я сын этих солнечных гор...
Эти стихи были опубликованы в №34 газеты "Къырым" от 26 августа 1995 года. В редакционном предисловии было сказано, что они приписываются двум авторам – Виктору Некипелову и Ленуру Ибраимову. В первом своем отклике на эту публикацию я сразу же заявила, что эти стихи написаны не татарином. В стихотворении "Гурзуф" сторонний (со стороны) взгляд не только чувствуется – он открыто декларируется в тексте:

Как будто я с чужим поэтом
Брожу среди его могил.
Он не корит, не попрекает...
<...> Орда опричная, – как скот,
Вдруг растолкала по теплушкам
Его талантливый народ...